Медиаантропология

В конце 1980х годов английский антрополог Даниэл Миллер отправился изучать современную жизнь на острове Тринидад в южном Карибском море, населенном потомками бывших африканских рабов и контрактированных индийских рабочих, привезенных во времена британской империи для работы на плантациях сахарного тростника. Немного освоившившись и войдя в местный ритм жизни, Миллер с удивлением заметил, что в определенный обеденный час улицы острова пустеют, лавки прикрывают двери, и даже крикливые уличные торговцы и нищие куда-то исчезают. «Интересно, что за секретный ежедневный ритуал отправляют островитяне и как бы мне заполучить туда приглашение? » ломал голову антрополог, уже выстраивая картины будущих сенсационных открытий, статей и презентаций на научных конгрессах, посвященных экзотическим обрядам тайных сообществ. Через некоторое время, когда ему, наконец, удалось подружиться с некоторыми аборигенами, Миллер был приглашен в гости как раз в заветный час. Войдя в гостиную своих новых карибских друзей, Миллер обнаружил все семейство, соседей и друзей в полном сборе, но не перед алтарем, а перед …стареньким черно-белым телевизором на батарейках, по которому крутили очередную серию «Молодых и дерзких», одного из самых популярных американских телесериалов, не сходивших с экрана с 1973 по сей день.

Проникновение западной поп-культуры в самые отдаленные уголки планеты далеко не новость для любого исследователя современности. Фотографии обнаженных африканских «дикарей» с бутылками пепси-колы, плакаты голливудских кинозвезд в юртах монгольских кочевников, реклама Масдональдсов в гималайских деревнях и тому подобные визуальные артефакты долгое время трактовались в ключе культурного империализма. В социальных науках господствовал подход теоретиков франкфуртской школы (предвосхищенный Максом Вебером), предупреждающих о губительных эффектах массовой культуры на воображение и восприятие мира людьми. Сместив акцент исследований на то, что оставалось за кадром – а именно как сами потребители медиа в иных культурах интерпретируют или используют западную продукцию, антропологи предпочли альтернативную интерпретацию. Критикуя теорию электронных масс медиа как «опиума для народа», антропологические исследования медиа все больше приходили к выводу, что потребление медиа не является исключительно пассивным процессом, а, наоборот, часто провоцирует иронию, сопротивление и активное, сознательное действие (или, говоря современным социологическим языком, «агентность»).

Анализ медиавосприятия стал одним из важных направлений в антропологии медиа, являясь созвучными теориям активного восприятия в литературоведении, изменившим онтологию текста, смысл которого теперь трактовался через практики восприятия. Проведя немало обеденных перерывов перед телевизором со своими тринидадскими информантами, Даниэл Миллер пришел к выводу, что они интерпретируют американский телесериал через местное понятие «бакханал» (bacchanal), которое имеет специфическое значение внезапного скандального происшествия, обычно там, где оно меньше всего ожидается. Действие «Молодых и дерзских» просходит среди добропорядочных буржуазных семей, вовлеченых в страшные, позорные тайны и невероятные интриги. В разговорах с Миллером, тринидадцы часто характеризовали свою страну как нескончаемый «бакханал», превосходящий телесериал своей хаотичностью и непредсказуемостью. Миллер проводит параллели между повышенным интересом к телесериалу и экономическим кризисом, наступившем на острове в конце 1980х годов, после периода процветания за счет нефтяного бума, и сопровождавшимся громкими скандалами, банкротствами и аферами. Согласно Миллеру, тринидадцы использовали телесериал для критических метакомментариев по поводу своего собственного шаткого и маргинального положения на периферии мировой экономики, где нормальная реальность может в любой момент драматически перевернуться в силу неподконтрольных обычным людям обстоятельств. 1

Исследования медиавосприятия западной продукции на «глобальном юге» стало одним из ранних направлением медиаантропологии, за которым последовало изучение кросс-культурного медиапроизводства, распространения и циркуляции медиа и влияния самих медиатехнологий. Особенно важное место стали занимать исследования, связанные с использованием западных технологий коренными народами мира для политических целей самоутверждения и культурного возрождения. Еще в 80х годах антрополог Эрик Майкз работал с австралийскими аборигенами из Центральной Пустыни, которые пытались огранизовать свою маломощную телестанцию как альтернативу коммерциализированному телевидению. В других странах, например в Канаде, наоборот, государство выделяет деньги на телеканалы для индейцев, что вновь привело к осуждению таких практик сторонниками теорий культурного империализма, которые обвиняют государство в создании «медиарезерваций». Другие антропологи подчеркивают, что «коренные медиа» представляют собой «фаустовский контракт» с технологиями современности, обеспечивая медиаактивистов хотя бы частичным контролем над своими репрезентациями в условиях, далеких от идеальных.

Помимо исследований производства и восприятия, изучение циркуляции медиа антропологами концентрируется на глобальных медиапотоках, которые не обязательно исходят из Запада. Таковыми являются исследования национальных киноиндустрий (например, индийского Болливуда, африканского кино, латиноамериканские телесериалов), а также так называемые «малые формы медиа», например мусульманские проповеди на кассетах, которые использовались в Иране для совершения религиозной революции, или самодельные документальные фильмы «о родине», имеющие ходжение среди многих диаспорических сообществ. Антропологи, работающие в разных странах, регулярно сталкиваются и с «альтернативной циркуляцией» в виде нелегальных кабельных каналов и пиратских видео, которые изучаются наравне с остальными формами медиа.

И, наконец, новейшее направление медиаантропологии это, конечно, исследования интернета или киберантропология, затрагивающая широчайший спектр сюжетов, начиная от браков по интернету, блогов, формирования идентичностей, киберфеминизма, диаспор, «культурной эпидемиологии» и виртуальных сообществ и племен.

Анна Бернштейн
Факультет антропологии
Нью-Йоркский Университет